Эра милосердия в "Баюшках"

Когда-то на Руси среди прочих бытовали сказки и про купцов. Как правило, народ высмеивал в них жадность и корысть, присущие некоторым представителям торгового сословия. А сегодня, образ русского купца, с его пониманием деловой чести и верности слову, на фоне современного предпринимательства, воспринимается не менее сказочно, но только с прямо противоположным знаком.

Вот в "Баюшках", как в настоящем сказочном месте, и решили положить начало сказочной эре милосердия, да приложить свои волшебные усилия для возрождения самых добрых традиций благотворительности и меценатства, которые развивали истинные деловые люди былой России.

Но в "Баюшках" всё должно быть сказочно. Здесь добро должно добром восполняться, а благотворительные пожертвования меценатов и предпринимателей должны им новым барышом оборачиваться. То есть, чистым доходом, в смысле чистоты самого дела, его приносящего.

Так уж сложилось в русской традиции, что во всех народных сказках про деньги, золото и клады говорится о жадности, хитрости и корысти. А почему бы не сложить новую сказку о чистоте помыслов и средств, даже в денежном эквиваленте. Про сказочный барыш, про чистую прибыль, в самом полном смысле этого слова. 

Сказочный барыш

Заспорили как-то купец, банкир и заводчик, у кого из них барыш самый сказочный.

Вот заводчик всем говорит:

- Сказочнее моего барыша ничего быть не может. У меня столько мастеров разных трудится, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Глядишь, такое смастерят, что любой из вас за это денежки так и выкладывает!  

А банкир ему возражает:

- Нет, самый сказочный у меня барыш получается, потому как есть волшебное средство одно - процент называется, так он вообще из ничего денежки делает.

Купец от них тоже не отстаёт, да не уступает:

- Самый сказочный барыш за мной числится. Я, когда торговать начинаю, такие байки и небылицы могу порассказывать, что народ бывает купит вещицу какую, а зачем купил потом и в голову себе взять не может.

В общем, решают они, решают, да так ничего решить и не могут, чей барыш сказочнее получается. Позвали мужика, чтобы рассудил их. Выслушал мужик все эти их доводы и объявил им приговор свой:

- Зазря спорите! Не может ни один из ваших барышей сказочным считаться, потому как на выходе он добром только для каждого из вас оборачивается. А в сказке то настоящей добро - оно для всех должно быть добром. 

Никак не могут взять в толк спорщики, как это барыш, да добром для всех обернётся. Даже зло их на этого мужика разобрало:

- Ты чего это, мужик, выдумал! Что же от барыша останется, ежели его промеж всех поделить?! 

А мужик, знай себе, их всё подначивает:

- А если вы такие ловкие и сметливые до барыша своего, то тогда решите мою задачку! Как свой барыш честным трудом, да благим делом себе заработать?

Призадумались купец, банкир и заводчик над задачкой мужицкой. Даже разадорило их малость - какие только хитрые вопросы решать не доводилось, неужто здесь не смогут выход найти, чтобы простого мужика за пояс заткнуть.

А к тому времени пришла пора местной ярмарке открываться. Вот купец тогда и решил воспользоваться моментом, чтобы спор за барыш выиграть, а заодно и мужика за пояс заткнуть. Накрыл он на открытие этого самого торжища столы с даровым угощением, да весь народ, что на ярмарку съехался, пригласил отпраздновать событие. Чтобы поднять чарки с вином за успешную для всех торговлю. А сам про себя думает: "Как подопьёт народ, разгуляется, так и выкачу бочки с вином, но только уже на продажу. Тут и людям весело будет, и мне барыш за радость людскую".

Сказано - сделано. Всё, как задумал купец, так и случилось. Обрадовался честной народ праздничному угощению, зашумел вокруг столов, стал дружно поднимать чарки с вином. Сначала за торговлю удачную, потом за здоровье купца-благодетеля, дальше за здравие всех собравшихся. А как только вино на столах закончилось, тут же появились бочонки, полные горячительным. То, что вино за деньги уже наливали, никого не останавливало, раз такое веселье пошло. Да и народ на ярмарку не с пустыми карманами прибыл.


В общем, праздник удавался на славу. Дело до песен дошло, до плясок. Но тут в пляске, то ли кто-то кого-то толкнул ненароком, то ли на ногу кому наступил. Вроде бы и повод никчёмный, да только каша заварилась нешуточная. Видать у людей уже кровь с вином закипела. Так что всё веселье разом массовой свалкой обернулось. Вмиг раскидали все столы с угощением, поразбивали все бочки с вином, оросив всю праздничную поляну увеселительным зельем. Понавешали друг другу тумаков кулаками, порасквасили себе носы, да синяками лица раскрасили. Купцу-благодетелю тоже досталось так, что еле ноги унёс с организованного им же застолья. Тут ему вовсе не до барыша было, не то что до сказочного! Вот так вот и не удалась купеческая затея.     

Вслед за купцом решил своё счатье испытать банкир. Для получения своего сказочного барыша добрым делом съездил он в самую столицу и привёз оттуда шедевр известного художника - портрет крестьянки. Выставили этот портрет в отдельной комнате в самом банке, а рядом с ним указали, за сколько тысяч рублей золотом картина была куплена. Слух об этом чуде мигом облетел всю округу. Быть такого не могло, чтобы за портрет какой-то там никому неизвестной крестьянки, банкир заплатил золотом. Если бы на картине императрицу изобразили, ну, на край, графиню там какую-нибудь, понятное дело. А тут, простая баба, и тысячи рублей золотом! 

Вот народ и повалил поглазеть на потрет тот невиданный. А там за просмотр с каждого в банке медный грош брали. Да разве медный грош-то с золотым рублём сравнишь. Тут и купец с заводчиком затылки чешут, в толк никак взять не могут. Быть такого не может, чтобы банкир в этакое разорение пустился. Вот тогда и давай они у него пытать: 

- Ну ладно, допустим ты для людей добро сделал - вытавил напоказ за гроши художество бесценное. А какой же ты барыш при этом получить собираешься. В самом деле что ли сказочный, да невиданный?"

А банкир в ответ только хитро улыбается:

- Погодите, погодите, цыплят по осени считают...

Однако ждать оказалось совсем недолго. Повадился на тот портрет один городской сумасшедший смотреть. Придёт, встанет, глаз с крестьянки не сводит и шепчет всё время что-то. А в очередной раз, как пришёл, бросился на картину с ножом, да так и искромсал весь холст на куски. При этом кричал безумно:

- Не дам я твою красоту на позорные смотрины выставлять. Спасу от срама публичного!

Заперли, конечно, сумасшедшего в больницу, а больше-то, что с него взять. Сами купец с заводчиком пожалели банкира, не стали над ним насмехаться, что прогорел он вместо сказочного барыша. Да и как не пожалеть, совсем спал с лица человек от переживания такого. А банкир, горевать-то горевал, а сам про себя крестился:

- И как это я догадался не саму картину купить, а всего лишь копию. Пусть с ним, с барышом этим сказочным. Да и быть его такого, как мужик нам представил, не может.

Посмотрел заводчик на горький опыт своих незадачливых соперников, прикинул так и эдак, позвал мужика и говорит ему:

- Отказываюсь я от твоей задачки, мужик. Сдаётся мне, что не может быть такого сказочного барыша, чтобы всем от него благо было. Завсегда так - делаешь людям добро, а кто-нибудь возьмёт, да пакостью тебе же и ответит. 

Прищурился мужик в ответ и произнёс тихо так, как-бы про себя:

- У всякого плута свой расчёт. А задачка моя совсем нехитрая - истинное добро всегда просто. Ты вот что, кликни сотоварищей своих по барышу-то, потолкуем зараз.

Позвал заводчик купца с банкиром, пришли вместе они к мужику. Вот он к ним и обращается:

 - Вы, понятное дело, моего совета можете и не   принять, однако послушайте, а там уже сами решайте.   Скинулись бы вот вы своими капиталами, да открыли   бы училище для молодёжи. Пусть молодняк там   всякому делу практичному учится. А потом, кто-то на   работу к вам же поступит, а кто, глядишь, и в   компаньоны запишется. Тут всяк выгода всем будет.   Ваш барыш в рост пойдёт, да и вы своих питомцов-то,   опосля, ни работой, ни доходом не обидете.

 Подумали-подумали предприимчивые люди, да и   решили: "А в самом деле, чего бы и не попробовать".   И стали они отцами-попечителями нового реального   училища. Пошла в то училище молодёжь на учёбу.   Кто на мастера производства, кто по торговой части, а   кто и по финансовой. А после училища, так прямиком к своим наставникам и подряжались, дела продолжать да наращивать. И пошла тогда у купца, банкира и заводчика прибыль в большой рост. Да и все в округе в благополучии жить стали. Встретили как-то бывшие спорщики мужика и говорят ему:

- Да-а-а, прав ты, мужик оказался. Есть всё-таки барыш этот самый сказочный!